Почему мы сметаем гречку, сахар и соль с прилавков? Неприятный, но честный ответ психолога
В Крыму начался продуктовый ажиотаж: народ принялся скупать продукты длительного хранения. Журналисты пишут – с полок сметают гречку, сахар, соль, спички, макароны… Впрочем, картина далеко не столь апокалиптическая, как стараются представить в разного рода зарубежных СМИ. Дефицита не ожидается, да и народ явно действует не столько из реального страха, сколько из принципа "по старой памяти". Почему? На этот вопрос есть неприятный, но честный ответ психолога.
Мы отлично знаем, что такое «продуктовый ажиотаж», он же «рыночная горячка». И время от времени феномен вспыхивает то тут, то там.
Стоит случиться какому-то экономически значимому событию (будь то пандемия коронавируса, резкий рост цен на топливо и т. д.), как народ начинает лихорадочно скупать товары первой необходимости и продукты длительного срока хранения. Как правило, это консервы, сахар, соль, спички, крупы (особенно гречка) и пр.
Разумеется, это явление характерно не только для России. Ещё свежи в памяти времена той самой пандемии, когда в разных странах люди снимали пустые полки в магазинах. Там народ, напуганный новым для себя режимом жизни, повально запался всем подряд – от макарон до туалетной бумаги.
Недавно топливный дефицит в Крыму спровоцировал новый «приступ» рыночной горячки. Правда, не так, чтобы очень сильный. Повышенный спрос на некоторые категории товаров (сахар, гречку, рис, макароны) подтверждается, но нельзя сказать, что люди опустошают полки. Берут больше, чем обычно – факт. Но Крым полностью способен обеспечить себя продуктами, так что местные жители, которые отлично это знают, в откровенную панику не впадают.
Почему у нас вообще включается странный механизм в случае чего бежать по магазинам, усердно заполняя закрома? Психолог Александр Кичаев объясняет: с научной точки зрения это разновидность адаптивной реакции на угрозу выживанию, которая основывается на эволюционных механизмах.
Если человек теряет ощущение стабильности – у него «включается» защитный механизм. Часто он выражается в принципе «нужно запасаться продуктами, иначе мы все погибнем».
Это также может быть феномен социальной психологии, то есть некое подражание. Есть лидеры мнений, есть референтные группы, и вот им начинают подражать. То есть если «авторитеты» делают это, если они скупают, значит, и я буду скупать,
— поясняет Кичаев в комментарии Царьграду.
Это то, что в народе грубовато называют «стадным чувством». В той или иной степени большинство из нас подвержены ему. И трудно оставаться в стороне, если вокруг все бегают по магазинам и запасаются продуктами.
Не последнюю роль в возникновении продуктового ажиотажа играют и традиции, отмечает психолог. В относительно недавней истории страны были войны, голод, другие тяжёлые времена. Они сформировали устойчивый паттерн на кризисы — как на потенциальную угрозу выживания социальной группы. Поэтому в случае чего срабатывает установка запастись продуктами.
Как с этим справиться? Ведь в большинстве случаев необходимости забивать шкафы сахаром и мукой вовсе нет. Вспомнить хотя бы опыт 2020-го «ковидного» года – сколько крупы потом было выброшено потому, что запасы просто прогоркли?
Есть способы преобразования страха в злость. Себе нужно задавать вопрос, насколько я подвержен этому? Если я личность, буду ли я копировать поведение окружающих? А если говорить о таком общественно-социальном способе справляться с массовым психозом, то это максимальное разъяснение. То есть чиновники, а также лидеры мнений, которым доверяют, должны вести разъяснительную работу, приводить реальные цифры. То есть из области иррационального выводить людей в рациональную,
— говорит эксперт.
Неприятный, но честный вывод – ажиотажный спрос рождается из нестабильности, во времена резких потрясений и изменений. Общество реагирует на них в том числе и так. Именно поэтому важно вовремя давать людям компетентные разъяснения. Мы склонны бояться неизвестности.
