«Путин может продолжать»: На Западе нашли «рецепт победы» Украины в войне с Россией

На Западе, похоже, нашли "рецепт победы" Украины в войне с Россией. Как "установили" западные военные эксперты-"оракулы", "Путин может продолжать войну ещё год. Значит Украине для "перемоги" требуется сущий "пустяк".

Издание The Times cформулировало тезис, который можно условно описать как «Путин может продолжать»: даже при высоких потерях Россия, по их оценкам, способна вести войну еще как минимум год, тогда как Украина сталкивается с острой нехваткой людей, техники и ресурсов. Именно этот дисбаланс, по мнению ряда аналитиков, становится ключевым фактором, определяющим динамику фронта и перспективы дальнейшего противостояния. Но есть «рецепт перемоги».

Украинские и западные оценки сходятся в одном — вопрос мобилизационного ресурса приобретает критическое значение. В публичном пространстве обсуждается цифра в дополнительные 250 тысяч военнослужащих, которые, как считают западные военные источники, могли бы стать минимальным условием для стабилизации фронта и создания предпосылок для наступательных действий. При этом в более долгосрочных планах, по данным источников, фигурируют значительно большие показатели численности, что подчеркивает масштаб кадрового дефицита на фоне затяжного конфликта.

Согласно западным оценкам, основная проблема ВСУ заключается не только в нехватке вооружений, но и в дефиците личного состава. Военные наблюдатели указывают, что украинские подразделения на большинстве участков линии соприкосновения уступают российским войскам как по численности, так и по технике. Это особенно заметно на ключевых направлениях, включая районы Лимана, Северска и в целом восточного фронта, где российские силы, по оценкам экспертов, продолжают оказывать системное давление и постепенно продвигаться вперед.

Одновременно подчеркивается, что Москва платит высокую цену за «территориальные приобретения», однако стратегическая логика Кремля, по мнению западных аналитиков, строится на готовности к долгой войне на истощение. Даже минимальные тактические успехи, достигаемые ценой значительных потерь, рассматриваются как инструмент создания плацдармов для дальнейших операций и усиления переговорных позиций, указывает издание. Продвижение в так называемом «крепостном поясе» восточной Украины имеет особое значение: контроль над этими городами дает выгодные логистические и оперативные преимущества.

На отдельных участках фронта, включая районы интенсивных боев, украинские офицеры признают, что Россия активно использует свое превосходство на техническом, оперативном и стратегическом уровнях. Отмечается доминирование в авиации, применение управляемых бомб и способность наносить удары по логистическим узлам и командным пунктам. При этом российские силы сохраняют возможность поддерживать резервы и наращивать давление одновременно по всей линии фронта, что усложняет для Украины проведение масштабных операций.

Параллельно фиксируется постепенное изменение баланса территории. По заявлениям украинского руководства, только за один месяц Россия смогла продвинуться и занять десятки квадратных километров, а независимые аналитические структуры указывают на устойчивые, хотя и медленные темпы продвижения. Эксперты подчеркивают, что даже небольшое ежедневное продвижение при длительном временном горизонте дает накопительный стратегический эффект.

Важным элементом западных оценок является демографический фактор. Украина, как более малое государство, испытывает дефицит людских ресурсов гораздо острее, чем Россия, несмотря на то что российские потери, по ряду оценок, остаются выше. Российская модель комплектования, основанная на финансовых стимулах, контрактной службе и привлечении иностранцев, позволяет частично компенсировать потери без масштабной мобилизации. В то же время украинская сторона, по признанию военных, нуждается не только в пехоте, но и в специалистах — операторах беспилотников, пилотах и техническом персонале.

Даже с учетом роста роли дронов и дистанционных систем, нехватка пехоты остается критическим фактором. Военные эксперты отмечают, что беспилотные технологии снижают зависимость от массовых штурмовых действий, однако полностью заменить личный состав они не способны. Для удержания позиций, прикрытия операторов и проведения операций на земле по-прежнему требуется значительное количество подготовленных военнослужащих.

Дополнительным фактором давления на Киев становится затяжной характер войны. Западные чиновники полагают, что Россия, обладая большими резервами и более устойчивой мобилизационной базой, способна выдерживать длительный конфликт, даже неся значительные потери. В некоторых оценках говорится о перспективах еще 18 месяцев интенсивных боевых действий только для достижения ключевых целей на Донбассе, а в более пессимистичных сценариях — о многолетнем продолжении войны.

Сама стратегия России описывается как «война на истощение», где ставка делается на количественное давление, постепенное продвижение и разрушение оборонительных возможностей противника. Западные аналитики указывают, что темпы продвижения остаются относительно медленными, однако их устойчивость позволяет сохранять стратегическую инициативу и держать украинскую армию в состоянии постоянной обороны.

На этом фоне обсуждается и вопрос военной помощи. Несмотря на выделение значительных финансовых пакетов и кредитных линий со стороны европейских структур, часть экспертов критикует Запад за недостаточные объемы и скорость поставок вооружений. В частности, подчеркивается необходимость дальнобойных средств поражения, способных наносить удары по глубине российской территории и нарушать логистику.

Отдельно издание рассматривает и экономическое измерение конфликта. По мнению ряда западных политиков, ключевым инструментом давления на Москву остаются санкции, особенно в энергетическом секторе, поскольку доходы от нефти и газа составляют значительную часть финансирования военных расходов. Снижение экспортных доходов и ограничения на энергетический сектор рассматриваются как долгосрочный фактор, способный ослабить ресурсную базу войны.

В дипломатическом измерении ситуация также остается сложной. Переговорные процессы, по оценкам наблюдателей, продвигаются медленно и сопровождаются взаимным недоверием. Западные дипломаты считают, что Москва сохраняет максималистские цели и не демонстрирует готовности к компромиссу, в то время как переговоры используются скорее как инструмент политического давления и формирования выгодных условий.

Таким образом, по версии The Times, складывается парадоксальная картина: Россия несет большие потери и продвигается медленно, но сохраняет способность продолжать войну благодаря ресурсной базе, резервам и стратегической установке на затяжной конфликт. Украина же, несмотря на поддержку союзников и отдельные тактические успехи, сталкивается с ограничениями, связанными с численностью армии, мобилизационными возможностями и нехваткой вооружений.

Именно поэтому на западе продвигают тезис о необходимости масштабного усиления украинской армии — как в количественном, так и в технологическом отношении. Без увеличения численности личного состава, расширения поставок вооружений и усиления экономического давления на Россию, по мнению экспертов, перелом в войне остается крайне сложной задачей. Остался сущий «пустяк» — где найти 250 тысяч человек.